Фразы из любовь и голуби


Эту картину несколько раз возвращали на доработку, ругали, говорили, что Меньшову изменило чувство вкуса. Госкино отказывалось принимать ленту, считая, что в ней много сцен пьянства. Однако Меньшов стоял на своем: «Переделывать не буду». После долгих споров и незначительных поправок фильм «Любовь и голуби» все же выпустили в прокат. И он навеки полюбился множеству людей.
Давайте вспомним некоторые фразы, которые смешат нас до сих пор и передаются из поколения в поколение.

— Людк! А, Людк! Тьфу, деревня!

— Ты идешь к этой горгоне?!
— Не, я к жене…

— Не пойду!
— Ну и сиди. Тока знай: я с сегодняшнего дня с тобой тоже в контрах!

— Она все спрашивает: «Куда деньги дел, куда деньги дел?»
— А куда деньги дел?

— Мой папа очень хотел мальчика, а родилась девочка.
— Как назвали-то?
— Кого?
— Девчушку-то?
— Раиса Захаровна!

— Мы из разных социальных пластов, но ведь нас судьба связала.
— Да какая судьба? По пьянке закрутилось, и не выберешься.

— Помру, Ваську на поминки позову, а тебя не пущy!

— Ёшкин кот!

— Кто галстук выбирал?
— Так это..


дюха.
— Надюха… мой компас земной…

— Ой, ты че сделала-то?
— Погладила.
— Да, кто ж его теперь завяжет-то?
— Ой.
— Ну все! Съездил на курорт! Все! Распаковывай чемоданы, Людка!

— Да не пил, не пил я! Хотя повод есть. День взятия Бастилии впустую прошел.

— Соль — это белый яд.
— Так сахар же — белый яд!
— Сахар — это сладкий яд.
— Раиса Захаровна, может, с хлебушком, а?
— Хлебушек — это вообще отрава!
— Нет, я бы сейчас горбушечкой отравился бы… Ну правда жрать охота!
— Не «жрать», а «есть».
— Че?
— Да не «че», а «что»!

— Страшную весть принес я в твой дом, Надежда! Зови детей!

— А если это любовь, Надя?
— Кака любовь?!
— Така любовь!

— Эх Вася, Вася…

— Девушки, уймите вашу мать!
*
— Ах ты сучка крашеная…
— Ну почему же крашеная, это мой натуральный цвет волос!

Источник: pikabu.ru


Фразы из любовь и голуби
Фразы из любовь и голуби
Девушки, уймите вашу мать!

Кикимор я не понимаю!

Инфаркт Микарда! Вот такой рубец!

Шо характерно — любили друг друга!..

Зараза! «Людк, а Людк!» Тьфу! Деревня!

Извините, что помешал вам деньги прятать.

Ну, ну, пойди еще, раззвони по всему поселку! Трепло!

Это откудова это к нам такого красивого дяденьку замело?

Только глаз, как это… один сюда, один — туда!

А ты из меня сколько крови выпил?! Я ж спокойные дни на пальцах могу посчитать!

Фигура вторая — печальная.

Ишь ты, орган движения они лечили, орган движения! Поотрубать бы вам к чёртовой матери эти органы-то!

Что характерно — обнаглели!

А у нас текучка, така страшная у нас текучка…

Иду из магазина, вся трясуся.

Как яму не стыдно поросёнку!?.. Кобель!.. Вот ведь какой кобель батя ваш! Ой, чё делать не знаю! Ой, горе-то како! Лёньк, поросятам дал!?..


Посылаем запрос в космос: «Так, мол, и так! Как, мол?»

Помру — Ваську на поминки позову, а тебя, оглоедку, не пушщу!

Совсем не держат ноги. Как ватные, ноги. До сих пор трясутся… руки

Хлебушек — это вообще отрава.

Ну, Василий, мягкого тебе полёта.

Надюха — мой компас земной.

Мы из разных социальных пластов, но ведь нас судьба связала.

Чтой-то вы все взъерепенились, я погляжу.

Когда Ленька топор подхватил, я манёхо не родила.

Да какая судьба? По пьянке закрутилось и не выберешься.

— Ах ты, сучка ты крашена!
— Почему же крашеная, это мой натуральный цвет!

— Ты идешь к этой горгоне?
— Не, я к жене.

— Чёй-то, Людк? Пыс пыс-то чё?
— Постскриптум. Послесловие.

— Соль — это белый яд.
— Так сахар же белый яд!
— Сахар это сладкий яд.

Старые, а тоже все никак не навоюетесь.

Людк, а Людк, сумки-то возьми!

Ума-то Бог не дал, а души и силы — сколько хошь.

Брак — это добровольное рабство.

Надеюсь, что вы как интеллигентный человек не осудите нас за лучик счастья на темном небосклоне жизни.

— Встречу — убью. А голуби тут не при чем.
— Ты че, Лешка! Не вздумай, слышь! Чуть-чуть за шкирку потрясь и будет с него.

— Я работаю в отделе кадров.
— Что ж вы так плохо за кадрами-то смотрите?

— В армию меня забирают.
— Кто?
— Дед Пихто.

— А если это любовь?
— Кака така любовь?!

— Любите ли вы этого человека?
— Ой, да какой это человек!

Фразы из любовь и голуби

Galina K

Источник: www.liveinternet.ru

Фразы из любовь и голуби

Девушки, уймите вашу мать!


Кикимор я не понимаю! Убери её, Надежда!


Инфаркт Микарда! Вот такой рубец! Вскрытие показало.


— Мой папа очень хотел мальчика, а родилась девочка.
— Как назвали-то?
— Кого?
— Девчушку-то??
— Раиса Захаровна!


Шо характерно — любили друг друга!..


 Ну вот, день взятия Бастилии впустую прошел…



— Ах ты, сучка ты крашена!
— Почему же крашеная, это мой натуральный цвет!


– Деньги вот сюда прячь, карманчик, во, пришила. Чего вылупился? Иди отседова.
– Извините, что помешал вам деньги прятать.


А ты из меня сколько крови выпил?! Я ж спокойные дни на пальцах могу посчитать!


Ишь ты, орган движения они лечили, орган движения! Поотрубать бы вам к чёртовой матери эти органы-то!


Что характерно — обнаглели!


Брак — это добровольное рабство.


– Ну чего реветь-то?!
– Ой, чё делать не знаю! Ой, горе-то какооо!.. Лёньк, поросятам дал!?


Помру — Ваську на поминки позову, а тебя, оглоедку, не пушщу!


Совсем не держат ноги. Как ватные, ноги. До сих пор трясутся… руки


Я не очень пьяная, Василий?


— Кака любовь?
— Така любовь!


Ёшкин кот!


Это ж надо… забраться за тысячи километров от родного дома, чтобы в море встретить человека из своей же конторы…


— Я работаю в отделе кадров.
— Что ж вы так плохо за кадрами-то смотрите?



Надеюсь, что вы как интеллигентный человек не осудите нас за лучик счастья на темном небосклоне жизни.


— А если это любовь?
— Кака така любовь?!
— Обыкновенна!


— Любите ли вы этого человека?
— Ой, да какой это человек!


— Мы из разных социальных пластов, но ведь нас судьба связала.
— Да какая судьба? По пьянке закрутилось, и не выберешься.


Лестницу сломаешь, Надь. — Я тебе сейчас все рёбра переломаю!


Надюх, я только пару кружечек-то, вкус-то не забыть.


Во, доча, уезжаю на курорт. В бар там схожу. Этот, как его? Коктейль попробую.


— Людк? Пыс-пыс — то чё?
— Постскриптум. Ну, Послесловие.


— Саньк, может мы тоже пойдем с тобой состругаем себе снегурочку!
— Молчи уж, стругальщик!

Источник: statusas.ru

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..


— Соль — это белый яд.
— Как жить, дядь Мить?
— Чёй-то, Людк? Пыс пыс-то, чё?

— Курлы-курлы…Ну, Олька, давай говори матери как на духу — покупал батя голубей иль нет? Слышь, кому говорю-то?

— Людк, а Людк! Ты деньги брала, а?

— О, хватилась Надюха-то. А денежки-то бабай унес.

— Ну вот /* в смысле фиг */ тебе на платья и на мороженое,
а тебе Людка, вот /* целых два фига */ — на сапоги и на помады…
О-тать… будем теперь… голодом сидеть!

— Чет-ты размахнулась на двадцать пять рублей-то, Надюха, а?
— Ой! Иди! Целуйся там со своими голубями. Обдирай, обдирай нас как липок.

— Людк!
— Ну?
— Гну! Чё делать-то будем? Деньги последние были.

— А ты с книжки сыми.
— Щас я как те пульну! Много клал-то? Шоб сымать.

— Дак не я, ты клала.
— Прям чем так и убила б паразита!

— Ну, Людк, иди, неси сберкнижку.
— Где?
— Тама!
— А…
— А!

— А ты че стоишь, уши растопырила? Отцова заступница.


— Да не пил, не пил я! Хотя повод есть. День взятия Бастилии впустую прошел. Василий, это вы чем руки-то моете?.. Паразит!

— О! Уж закусывают. Ну как же. Я говорю, закусывают уже?!
— О! Саня пришла.

— Да не пил, не пил я! Хотя повод есть. День взятия Бастилии впустую прошел.

— Восемьдесят лет со дня рождения… Ух ты, а ей уж восемьдесят?!

— Василий, это вы чем руки-то моете?.. Паразит!

— А, ничего вы не петрите в красивой морской жизни.

— Режь меня — не понимаю. Я со своей кикиморой воюю, партизаню, ты ходишь — виноватишься. Че она у тебя рыпается?
— Дак из-за голубей все. Да она уже не сердится, ага.
— Шибанешь разок — все, как шелковая станет. Что характерно — обнаглели.

— Вот как у джигитов этот вопрос поставлен. Когда они разговаривают — она в комнату не войдет. Потому — горняки! То-есть, эти — люди с гор.

— Моего не видал?

— Конечно, где ж ему быть-то, как не здесь?
— Дак, Надюх, я только пару кружечек-то, вкус-то не забыть, ага.

— Шибанешь разок — все, как шелковая станет. Что характерно — обнаглели.Дак, Надюх, я только пару кружечек-то, вкус-то не забыть, ага.

— Надюха!
— Ты где бегал, черт малохольный?

— Страшную весть принес я в твой дом, Надежда. Зови детей.

— Кикимор я не понимаю… Убери ее, Надежда!


— Он у вагона стоял…
— Ну, кто стоял-то? Кто стоял? Василий?!

— Бревно! С вагона соскользнуло, кувырк на землю, одним концом Ваську по голове. Шибануло вашего отца, Людка! Все!

— Всё, всё. Теперь так и останется…
— Че останется?
— Косоглазие.
— Так он живой?
— Ты чё каркаешь, дура? Конечно живой! А глаз как это… один туда, один сюда. А вы че подумали?!!

— Страшную весть принес я в твой дом, Надежда. Зови детей.Чего такое?

— Фигура вторая. Печальная.

— Прости, Надежда.
— Обрыбишься!

— Потом вышел врач, говорит: умерла, дедушка, твоя бабушка.

— Шаг сделаю — не держат ноги. Как вата, ноги. До сих пор трясутся… руки.

— Выпей!
— Не надо! Санечка не любила этого…

— Инфаркт Микарда! Вот такой рубец! Вскрытие показало.

— Лёнь! Баб Шура-то померла!
— Нормально…

— Шо характерно — любили друг друга!..
— Знаете, как она меня называла? Никто не знает! Я ей говорю — Санюшка! А она мне — Митюнюшка!..
— А голос какой! Скажи ж, Надь! Как запоёт!

— Откопались уже?
— А че эт ты?
— Сон рассказываю. Приснится же, зараза такая.

— Потом вышел врач, говорит: умерла, дедушка, твоя бабушка. Беги, дядь Мить!

— Беги, дядь Мить!


— Умные они, ёшкин кот.

— Извините… Что помешал вам деньги прятать.
— Ну, ну, давай еще, раззвони по всему поселку! Трепло!

— Понял, вот.. сюда положишь, на булавочку застегнёшь.
— А расстегнётся?

— Ой! Ты чё наделала-то?
— Погладила.
— Да кто ж его теперь завяжет-то? Всё! Съездил на курорт!

— Проститься с другом имею право!
— Ну, Василий, мягкого тебе полёта.

— Как это место называется?
— Курорт органов движения.

— Все! Давай, распаковывай чемодан.

— Вот так, пуговку расстегнешь, и хорошо.
— Пуговку? Там же… юг!
— Культура!

— Ну, Людк! Ну красавица.
— Я другой узел вяжу.

— Ракушек мне привези… И пальму.
— Ой, дочь, пальму-то на себе переть?
— Веточку.

— Вот так, пуговку расстегнешь, и хорошо. — Пуговку? Там же… юг! — Культура!Ракушек мне привези… И пальму. — Ой, дочь, пальму-то на себе переть?
— Веточку.

— Товарищ Кузькин?
— Ага, Кузякин.
— Владимир Валентинович?
— Ага, Василий Егорыч.
— А, ну правильно, у меня профессиональная память.
— Я извиняюсь, вы тоже на курорт органов движения после травмы?
— Боже сохрани. Мне этот климат посоветовала моя экстрасенс.
— «Экстра»-кто?
— Сенс! Она будущее провидит.

— А то ведь как экстрасенса выявляют — его сразу на учет ставят.
Он тогда работает в государственном масштабе.
Провидит, что происходит за рубежом.

— Экстрасенс делает запрос в космос: «Так, мол, и так, мол! Как?»

— Шестнадцать гуманоидов нашли на месте аварии. Небольшого роста, в среднем метр двадцать. Зеленого цвета, бесполые (!). Знаете, такие мудрые грустные глаза.
— А вы что, их видели, Раиса Захаровна?
— Я, видела? Их никто не видел.

— Хрясь! И все, что болело — в мусорное ведро.

— Раиса Захаровна, а баба-то эта жива?
— О, еще как жива! Прекрасно себя чувствует. Правда, не узнает никого. Память почему-то отшибло. Но важен не результат, а процесс.

— Знаете, какой вопрос меня все больше и больше занимает?

— Надюха — мой компас земной.

— Мой папа очень хотел мальчика, а родилась девочка.
— Как назвали-то?
— Кого?
— Девчушку-то??
— Раиса Захаровна!
— Не понял…
— Ну, мой папа хотел мальчика, а родилась девочка — Я!
— Аааа…
— Но меня всегда удивляло другое. Как эти глупые птахи способны к нежности? Почему у людей все иначе? А?… Почемуу?
— Точно! Точно. Она мне говорит: «Куда деньги дел, куда деньги дел?»
— А куда деньги дел?

— Вот отчего такое, а?
— Вероятно, инстинкт размножения.
— Любовь. Вероятно…

— Так вот ткнула пальцем — ‘вот горячая точка. Он сейчас здесь’Вот отчего такое, а? — Вероятно, инстинкт размножения. — Любовь. Вероятно…

— Чёй-то, Людк? Пыс пыс-то, чё?
— Постскриптум. Послесловие.

— Как яму не стыдно, поросёнку!?.. Кобель!.. Вот ведь какой кобель батя ваш!
— Чего реветь-то?
— Ой, чё делать не знаю! Ой, горе-то како! Лёшк, поросятам дал!?..
— Дал.

— За шкирку его потрясь — и будет с него. А ну-ка сядь! Сядь! Куда идешь?
— Да в уборную я!
— И я с тобой!

— Что ж так плохо за кадрами смотрите? Бегают куда хотят ваши кадры

— Вообще-то, знаете, у нас текучки нет.
— А у нас текучка. Ох, кака страшна у нас текучка.

— Вы его любите?
— ׸?
— Любите ли вы этого человека?
— Ой… да какой человек. Да был бы это человек, да разве б он так поступил?

— Бог-то не тимошка, видит немножко.

— А если это любовь, Надя?
— Кака любовь?!
— Така любовь! Вот о чём должны вы были сначала подумать, Наденька!

— Кака тут любовь? Когда вон, воздуху мне не хватат. Надышаться не могу… А в груди прям жгёт! Прям жгёт, как будто жар вон с печи сглотнула!..

— Что такое? Что это вы на меня так смотрите?

— Людк, а Людк! Глянь, че делается. Это ведь она.

— Ах ты, сучка ты крашена!
— Почему же крашена? Это мой натуральный цвет!

— Ах ты, сучка ты крашена! — Почему же крашена? Это мой натуральный цвет!Девушки, уймите вашу мать!

— Девушки, уймите вашу мать! Тихо. Тихо. Зараза! «Людк, а Людк!» Тьфу! Деревня!

— Узнаю, кто из вас с отцом видится — прокляну.

— Соль — это белый яд.
— Так сахар же белый яд!
— Сахар это сладкий яд.
— Раиса Захаровна, может, с хлебушком, а?
— Хлебушек — это вообще отрава!
— Нет, я бы сейчас горбушечкой отравился бы! Ну правда, жрать охота!
— Не «жрать», а «есть»!
— Чо?
— Да не «чо», а «что»!

— Элегию.
— Массне?

— Почему люди такие жестокие?

— Вон носки, рубахи стирать не умею.
— Но, но ты уже научился!
— Матерюсь.
— А мне нравится, это пикантно. Я привыкла. Хочешь, ЁШКИН КОТ, я тоже буду?

— Ты идешь к этой горгоне?
— Не, я к жене.

— Соль — это белый яд. — Так сахар же белый яд! — Сахар — это сладкий яд.Да кака судьба? По пьянке закрутилось — и не выберешься.

— Отпустите меня, Раиса Захаровна.
— Не убивайте меня, Василий. Я знаю, мы с вами из разных социальных пластов. Но ведь нас судьба свела.
— Да кака судьба? По пьянке закрутилось — и не выберешься.

— Ты перекинь думки-то свои, на хозяйство-то.

— Куда он все хотел-то, ты говоришь?
— О господи. Ну в бар, в бар!
— Где ж я ему возьму-то, этот бар?..
— Вот побарствует маленько и притопает.

— Мамка твоя плохая тута — дома, а папка твой хороший — вона, другу мамку себе заимел!

— А как в городе-то хвост-то тебе прижало, куда ж ты, мила моя, прибежала?! К маме!

— Однако, потоп сейчас будет.
— А ты из меня сколько крови выпил? Я ж спокойные дни-то на пальцах могу сосчитать!

— Чтой-то вы все взъерепенились, я погляжу.

— А ты из меня сколько крови выпил? Я ж спокойные дни-то на пальцах могу сосчитать!Чтой-то вы все взъерепенились, я погляжу.

— Это откудова это к нам такого красивого дяденьку замело? Иль чё забыл, сказать пришёл? Ой, гляньте-ка, в глаза не смотрит — наверно, двойку получил!

— Полюбовница на спички денег не даёт.

— Что характерно, Лёнька не одобрил твой поступок.

— Когда Ленька-то топор-то подхватил, я манёхо не родила.

— Не пойду!
— Ну и сиди. Тока знай: я с сегодняшнего дня с тобой тоже в контрах!

— Помру — Ваську на поминки позову, а тебя, охламонку, не пушщу!

— Полюбовница на спички денег не даёт.Не пойду! — Ну и сиди. Тока знай: я с сегодняшнего дня с тобой тоже в контрах!

— Ишь ты, орган движения они лечили, орган движения! Поотрубать бы вам к чёртовой матери эти органы-то!
— С базара вон, в магаззин домой иду, вся трясуся.
— Васенька, ты че, прям сейчас, что ль? Увидят…

— По столовкам ходить не много радости.

— Все, хватит, запартизанились мы тут с тобой. Надо выходить из этого, как его, подполья-то.

— Ишь ты, орган движения они лечили, орган движения! Поотрубать бы вам к чёртовой матери эти органы-то!Васенька… Наденька… Васенька, ты че, прям сейчас, что ль? Увидят…

— Говорила: Оденься! Оденься! — Потеплело! Потеплело!

— А какие войска, сынок?
— На границу.
— Ой!!!
— Щас там тихо.

— Ну скажи ты ей!
— А че сказать-то, сынок?
— Чтоб не ревела…
— Надюх! Не реви!

— Вот, сынок, когда я служил, старшина веревочку натянет, как задницей задел — так наряд вне очереди.
— А когда я служил, у нас проволочку колючую натягивали. Немцы. А к ней мины… Наряд вне очереди.

— Слышь, сынок, ты там смотри, чтоб ни одна холера-то на нашу землю…
— Брось, брось, Василий, никто на нас не кинется. Не паникуй.

— Сань, может мы тоже пойдём с тобой — состругаем себе снегурочку, во жизнь-то…

Источник: www.kino-ussr.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.